среда, 1 февраля 2017 г.

Записки о Латинской Америке(часть 19.) - Эстанция Пуэрто Яртоу(Puerto Yartou).

Эстанция Пуэрто Яртоу

За четыре часа ожидания в сторону Пуэрто Артуро проехали три машины, но все вскоре вернулись обратно. Надоело стоять на одном месте. Поскольку гаучо предложили вернуться к ним, если не удастся уехать, то я решил идти пешком два часа вдоль дороги, изучить немного окрестности, а затем повернуть назад, если автостопа сегодня не будет. Не прошло и часа после того, как я тронулся в путь, и вдруг остановилась попутка с водителем Роберто и его семьей: женой и двумя дочерьми. Это чилийцы из Сантьяго. Они путешествовали, и направлялись в Пуэрто Яртоу(Puerto Yartou), некое поселение в двадцати километрах от Пуэрто Артуро. Как выяснилось, это вовсе не деревни, как я думал, а эстанции, такие, как Тимаукель, но с меньшим количеством обитателей. Изначально понял со слов Роберто то, что они едут к своему другу, но впоследствии оказалось совсем иначе.

Грунтовая дорога некоторое время была такой же гладкой, как от Камерона до Тимаукеля, но затем постепенно ее качество ухудшилось, иными словами — она стала интересней и увлекательнее для путешественника. Во-первых, на одном из отрезков дорожное полотно проходит на уровне моря, прямо у воды, и волны могут беспрепятственно накатываться на него. В часы прилива путь полностью затапливается. Во-вторых, на возвышенностях дорога становится кривой, и содержит в себе большое число ям. Точнее, речь идет уже не о дороге, а о колее. В добавок к этому - почти отвесный или крутой берег. В третьих, в одном месте приходится форсировать реку, и тут мы пережили самый экстремальный момент данной поездки. Река не слишком широка, но относительно глубока. Роберто решительно направил джип поперек русла, но он забуксовал и секунд тридцать находился на ее середине. Из машины все вдруг с ужасом заметили, как вода касалась окон. Еще секунда, и она стала заливать салон через щели. Водитель давил на педаль, автомобиль отчаянно тарахтел на месте, но, к счастью, вырвался из плена. Берег был высоким, и на него удалось заскочить с трудом. Мы вздохнули с облегчением. В прилив этот участок с рекой тоже покрывает море, так что в другое время проехать здесь точно было бы невозможно. Путешествие продолжалось, и недавними событиями оно напомнило поездку в Магадан в 2008 году. Однако по Колымской трассе ездят, в основном, грузовики, и если там вода доходит до дверей и окон, и заливается в салон, то все очень серьезно. От машины во все стороны разбегались несметные стаи гуанако. Этих диких зверей пампы в таком количестве мне видеть еще не приходилось. Видимо, труднодоступность послужила хорошим фактором для условий их обитания. Однако нельзя сказать о природе этого края как полностью лишенной следов пребывания человека. Скотоводство распространилось и здесь. Низкие ограды, типичные для разделения эстанций и предотвращения смешивания стад(о них шла речь в статье о Тимаукеле), через каждые несколько километров пересекали путь. Для того, чтобы ехать дальше, кому-нибудь из нас приходилось выбираться из машины, и идти открывать ворота, рискуя увязнуть в дорожной грязи. Еще немного проехав, мы повстречали не только гуанако, но и стадо коров. Один раз остановились на берегу у одной из скал посмотреть на корморанов(cormoran antartico). Это сейчас во время написания статьи можно указать точное название вида этой птицы с умным видом, а в момент путешествия все мы конечно же подумали, что это пингвины, и именно поэтому ринулись фотографировать их. В отличие от окрестностей Камерона и эстанции Тимаукель ландшафт уже состоял не из сплошной пустынной пампы, а был покрыт лесами из ленги(Nothofagus Pumilio). У тех из этих деревьев, которым повезло появиться на свет ближе всех к морю, ветви растут в противоположную от воды сторону, под углом. Создается впечатление, будто потоки воздуха непрерывно давят на них. Хотя сильный ветер и в самом деле здесь всегда есть, но даже если он стихает когда-нибудь, то один вид такого дерева способен заставить сознание представить его завывания во всей полноте. 

Мост в степи на Огненной Земле

Дорога на острове Огненная Земля

Птицы на прибрежных скалах

Дом эстанции Пуэрто Яртоу

Люди на крыльце эстанции Пуэрто Яртоу

Чилийцы и повозка с сеном

Комната с окнами в доме эстанции

Люди и печатная машинка в доме эстанции

Житель эстанции и дом

Люди и сыр на рельсах у эстанции

Карабкаясь на склоны, распугивая гуанако и крупный рогатый скот, мало-помалу мы добрались до эстанции Пуэрто Яртоу(Puerto Yartou). Вначале на берегу показались ржавые остатки техники начала двадцатого века, а затем и сама эстанция, состоящая из нескольких домов: большого - полностью разваленного, второго большого, но в хорошем состоянии, и других - поменьше. Большой зеленый дом с лестницей и красными дверями по центру выделяется среди остальных, поскольку был восстановлен совсем недавно, в 2009 году, и является самым главным зданием эстанции Пуэрто Яртоу(Puerto Yartou). Как мне показалось, здесь и живет друг Роберто, поскольку мы остановились рядом с этим домом. Однако вскоре начали выясняться истинные детали прибытия сюда чилийской семьи. Они появлялись постепенно, и, возможно, не стали понятны мне сразу лишь потому, что мой уровень испанского оставлял желать лучшего. Итак, вначале мне казалось, чилийцы едут к другу. Прибыв на место, я услышал, что друг сейчас в отъезде, и в доме никого нет. «Ничего удивительного - подумал я, - друг ждал гостей, но точно договориться о времени встречи было невозможно, поскольку связи здесь нет. Друг, видимо, решил, что успеет сходить на охоту или еще куда-нибудь на несколько дней, а потом вернется и уже застанет гостей». Такая картина виделась весьма правдоподобной для столь отдаленного уголка земли, но на самом деле являлась продуктом моего воображения. В итоге, выяснилось: друзьям Роберто не принадлежит этот дом, и друг просто арендовал его когда-то давно. Что же касается самого дома, то в прошлом он конечно был только эстанцией, но сейчас это еще и музей. Почему я считаю, что став музеем, он не перестал быть эстанцией? Ведь логика так и напрашивается — то, что приобретает статус музея, теряет прежние свойства навсегда. И настаивать на их существовании — это то же самое, что доказывать возможность путешествия в прошлое. Например, знаменитые дворцы в современную эпоху сохраняют архитектурные характеристики дворца, но по сути уже не являются тем, чем они были раньше. Вельможи в них ряженые, а все картины и предметы мебели называются экспонатами, и отделены от реального мира веревкой. У входа встречают не стражники с гордой осанкой, а экскурсоводы и контролеры билетов. Камины, у которых согревались императрицы, больше не зажигаются огнем. Вместо дров теперь в них — ваза и скучный букет цветов. Экскурсовод таким же скучным голосом произносит заученный текст о том, что это «настоящая античная ваза, подаренная царскому дому в день...и т.д.» Под такую сонную, гипнотическую, заунывную песнь невинные посетители музея медленно забывают об истинном предназначении камина и о том, что в восемнадцатом веке посчитали бы безумием ставить в него античную вазу с цветами в самый разгар отопительного сезона. Неспроста выбрал в качестве примера дворцы. Дело в том, что дом эстанции Пуэрто Яртоу(Puerto Yartou) навсегда запомнится мне именно как роскошный дворец.

Книга отзывов на эстанции Пуэрто Яртоу

Мебель в старинном стиле

Масленки на старинном столе

Вход на эстанцию и крыльцо

Комната в старинном стиле

Диван в комнате эстанции Пуэрто Яртоу

Входная дверь в здание эстанции

Комната со столом и стульями

Ванна в доме эстанции Пуэрто Яртоу

Большая комната в доме эстанции Пуэрто Яртоу

Дом эстанции Пуэрто Яртоу

Кость и камни

Кость кита на заборе

Кухня с печкой в доме эстанции Пуэрто Яртоу

Кухня в доме эстанции Пуэрто Яртоу

Огонь в печи на кухне эстанции Пуэрто Яртоу

В нескольких сотнях метров, в одном из соседних строений живет гаучо(единственный местный житель, насколько я понимаю). Заметив наше появление, он пришел поговорить, но вскоре исчез, и мы его больше не видели. Роберто поинтересовался у гаучо, возможно ли переночевать в доме, и тот ответил, что никаких препятствий этому быть не может. Парадная красная дверь заперта изнутри, но с противоположной стороны есть другая дверь, открыть которую не составило труда(забыл, как именно — то ли где-то у порога лежал ключ, то ли замка вообще не было). Вначале мы попали на кухню с большой плитой-печью фирмы Kuppersbuch. Возле нее — ящик из досок, в нем сложены дрова. Стол покрыт клетчатой клеенкой, имеется посуда, и, вообще, в кухне уютно. За кухней — коридор, ведущий в другие части жилища. Ближайшая комната была определена нами как спальня, и впоследствии мы разместились в ней на полу. Точнее, это я спал на своем коврике, как в палатке, а в семье Роберто решили воспользоваться матрасами, стоявшими в комнате по углам. Здесь имелась маленькая печь, которую растопил Роберто. Подобные печи, весьма современные на вид, имеются почти во всех помещениях дома, в том числе в ванной. То, что я увидел, пройдя дальше по коридору, превзошло все мои ожидания. Интерьер эстанции просто великолепен, и включает в себя: деревянную мебель с искусно выполненной на ней резьбой, богатую библиотеку с литературой о природе и этнографии Огненной Земли, люстры в стиле старины, обои в стиле старины(как и люстры), на стенах - черно-белые фотографии с изображенными на них сценами из жизни эстанции Пуэрто Яртоу(Puerto Yartou) в те времена, когда количество ее обитателей превышало цифру 1. Все снимки я сфотографировал на свой фотоаппарат. На одном из них, вероятно, самые первые жители эстанции — швейцарцы Жозеф Баерисвиль Ютзет(Joseph Baeriswyl Yutzet), Мари Питет Клерк(Marie Pittet Clerc) и их дети. Семья Baeriswyl Pittet сфотографирована в 1892 году. Некоторые фото на стенах сопровождаются пояснениями, и в них рассказывается о том, что Жозеф и Мария приехали в Пунта Аренас из Швейцарии отдельно друг от друга, в семидесятые годы XIX века. С другого фото смотрит веселый усатый мужик, одетый в костюм с бабочкой. Это Alberto Baeriswyl Pittet в 1920-е. Судя по всему, он является сыном Марии и Жозефа. Кроме семейных фотографий, имеются и такие, где изображены работники в процессе осуществления трудовой деятельности или с результатами своего труда. Например, люди и сыр; люди на узкоколейной железной дороге и доски; люди и повозка с сеном, запряженная быками; два мужика за столом, занятые канцелярскими делами. К большинству из подобных снимков нет комментариев относительно характера изображенных действий. Так, я совсем не понял, что именно происходит на фотографии с людьми и большим деревянным корытом, заполненном водой. Информация об именах участников работы также отсутствует. Исключение — картинка с тремя женщинами и мужиком, стоящими возле стола с большим количеством сыра. Здесь есть подпись: «Донна Мария Опитз со своими сырами на молочной ферме Мирамар в Пуэрто Яртоу.» На некоторых фотографиях сняты очень большие группы людей. Склонен предположить, что уже не все из них относятся к одной семье. Скорее всего, в Пуэрто Яртоу поселилось несколько семей — если не сразу, то по ходу истории этой эстанции. Также, весьма возможно, сюда прибывали и просто наемные рабочие без семьи. Имея в своем распоряжении фотографии, можно с уверенностью утверждать: на эстанции занимались скотоводством, производили молочные продукты, заготавливали древесину, и делали из нее доски и брусья. Для этого имелась мастерская и специальный станок. Готовые изделия выкладывали на открытый воздух, и они занимали довольно большую площадь. Так они, видимо, хранились до погрузки на пароход. Для транспортировки леса была проложена узкоколейная дорога длиной 6,5 км(это расстояние указано под фотографией). Может быть, использовался небольшой паровоз. По крайней мере, ржавые детали некой техники при въезде на эстанцию показались мне именно его частями. Однако на фотографии встречается лишь применение лошадиной тяги для перемещения вагонеток.

Печь Купперсбуш в доме эстанции

Огонь в печи на эстанции Пуэрто Яртоу

Огонь в печи на эстанции Пуэрто Яртоу

Корридор в деревянном доме эстанции

Корридор с синими стенами в доме эстанции

Естественное освещение в комнате

Грунтовая дорога на эстанции Пуэрто Яртоу

Старый деревянный дом эстанции Пуэрто Яртоу

Эстанция Пуэрто Яртоу в Чили

Научные книги на столе в доме эстанции

Этнографическая книга на столе

Чилийцы едут по рельсам на лошадиной тяге

Станки в мастерской эстанции Пуэрто Яртоу

Железная дорога в лесу на Огненной Земле

Доски на Огненной Земле в Чили

Люди у корыта на эстанции Пуэрто Яртоу

Чилийцы на производстве сыра

Два чилийца и сыр на весах

Склад досок и рельсы

Чилийцы и бревна на узкоколейке

Само собой, после того, как удалось попасть в дом с обратной стороны, парадная дверь была отворена изнутри. Через нее из машины мы перенесли некоторые предметы и еду. Даже крыльцо с его огромным зеркалом выглядит в этом доме грандиозно. В самой большой комнате, зале, расположенном у входа, находится стол с разбросанными на нем открытками(на них — фотографии, часть из которых - на стене), книгой для гостей и информационным проспектом швейцарского фонда. Благодаря нему и восстановлен этот дворец в Puerto Yartou. Забавно, но уже прочитав о фонде, я все еще думал, что дом принадлежит другу Роберто, а люди со старинных снимков — это предки друга Роберто. И вот, еще раз обсудив этот вопрос с водителем, наконец, уяснил: мы просто зашли в музей и будем ночевать в нем. Друг Роберто, возможно, здесь когда-то бывал, но его предки - точно нет. Я уже говорил, что буду продолжать считать дом в Пуэрто Яртоу(Puerto Yartou) не только музеем, но и дворцом. При этом Пуэрто Яртоу - это прежде всего эстанция в традиционном смысле этого слова. Возникает вопрос: что такое традиционная эстанция? О традиции в целом говорить не берусь, так как ее история насчитывает несколько веков. Гораздо проще судить, основываясь на своем собственном опыте. Для меня традиция ночевок на эстанциях началась вчера, когда волею судьбы я оказался в гостях у гаучо на эстанции Тимаукель. Добродушный характер этих людей, их гостеприимство, а также суровый быт скотовода Огненной Земли глубоко тронули меня. На эстанции Пуэрто Яртоу я почувствовал такое же тепло и уют. Дом-призрак населяют теперь не сами жители, а лишь их изображения на стенах. Тем не менее, они как будто продолжают заботиться о путниках. Пускай рельсов уже нет и по ним не везут лес, пускай не слышно стука печатной машинки, но эстанция продолжает выполнять одну из своих функций — убежище для тех, кого занесло на край света. Крыша и стены «дворца» защитят от дождя и ветра, печка согреет. Кроме того, кое-какие следы хозяйственной деятельности в окрестностях все же имеются. Замечено множество коров, предоставленных самим себе. Время от времени за ними, видимо, приглядывает тот самый гаучо, единственный человек, встреченный нами здесь.

В книге для гостей, лежащей на столе в зале, имелась лишь одна запись, оставленная некими канадцами в марте 2015 года. Все остальные страницы — пустые. Канадцы сообщают о радости, испытанной от выпавшей чести быть первыми гостями восстановленного дома. Однажды во время прогулки вдоль побережья их сопровождали дельфины. Также за дельфинами они наблюдали на каких-то островах. Сообщается о Марии Луизе и ее матери как о людях, осуществивших проект возрождения эстанции. Затем говорится о том, что Мария Луиза(возможно, та же самая) и некий Себастьян принимали канадцев в качестве гостей, и даже готовили еду для них. Из оставленной записи нельзя понять, находились ли приезжие в доме как друзья хозяев или в качестве туристов(т.е. платили за пребывание). Мне тоже захотелось написать что-нибудь в книге, что я и сделал, но на русском языке:

«10-11 февраля 2016. Я благодарен Вселенной за то, что она привела меня однажды в это замечательное место. Эстанция Пуэрто Юнтау(правильно — Яртоу, но так написал) — дворец на краю мира. Здесь витает дух первопроходцев и искателей приключений. Кругом — дикая природа, море в первозданном виде, Магелланов пролив и звезды. Так здорово было заночевать здесь у теплой печки, под треск дров. Посещение данного места — безусловно, один из самых лучших моментов в моей жизни. После возвращения на Родину, в Россию, об этом будет написан рассказ. Всем, кто сможет прочитать и понять эти строки на русском языке, желаю успехов, богатства, в первую очередь внутреннего! Артём Рахно. Санкт-Петербург, Россия, puteshestvennik.com»

Правда, написал я это уже в самые последние минуты перед отъездом, а в первый день пребывания во дворце почти все время посвятил фотографированию и съемке видео с рассказом о минувших событиях. Жена и дочери Роберто приготовили спагетти на ужин, и еда была замечательной! Роберто сказал мне: «Когда-нибудь, много лет спустя, ты будешь вспоминать о об ужине с этой сумасшедшей семьей чилийцев, проникающих в чужой дом без спроса и остающихся в нем ночевать!» Вечером мы отправились на прогулку вдоль побережья. Кроме нас, на полосе суши, освобожденной от моря во время отлива, бродили коровы. Пожалуй, я рассказал обо всем, что видел и знаю об эстанции Пуэрто Яртоу(Puerto Yartou). Осталось еще вспомнить о некоторых любопытных предметах, встреченных там. В двух местах(на заборе, у входа, и у двери с обратной стороны дома) лежат кости, которые, судя по их величине, могли принадлежать только киту или какому-нибудь морскому чудовищу соответствующих размеров. Фотографии костей сделал, а вот фото одного очень интересного объекта сделать как-то забыл, хотя и записал на видео. Речь идет о русской машине «Нива», неизвестно как попавшей сюда и стоящей на заднем дворе за забором, в траве. Роберто сказал, что в былые времена Советский Союз поставлял «Нивы» в Чили.

11 февраля 2016.

Принял решение не продолжать поход до Пуэрто Артуро, а вернуться в цивилизацию на той же самой попутке с чилийской семьей. Для тех, кто отправится туда — еще несколько десятков километров скорее всего придется пройти пешком, так как шанс встретить транспорт весьма невелик(однако он есть). На эстанции Пуэрто Артуро либо очень мало жителей, либо нет вообще. Мобильной связи нет уже на пути к Пуэрто Яртоу. Поблизости никаких деревень и магазинов, и во всем следует рассчитывать на себя. Как показал опыт, немногочисленные местные жители, гаучо, очень гостеприимны и готовы оказать помощь путешественнику в случае необходимости. Обратный путь уже не был столь экстремальным. На реке, где в прошлый раз мы чуть не утонули вместе с машиной, Роберто нашел более подходящее место для переправы. Добрались до Paso Bella Vista, пограничного перехода, до которого можно добраться, если двигаться по дороге от Камерона до Пампа Гуанако. Оказавшись в Аргентине, вместе доехали до Рио-Гранде. Вообще-то, Роберто с семьей направлялся теперь в Ушуайю, и должен был повернуть направо, но поехал налево, так как собирался заправиться именно в Рио-Гранде. И в Ушуайе, и в Рио-Гранде я уже побывал в 2009 году. С целью экономии времени решил покинуть Огненную Землю. Предстоял долгий путь на север, а затем путешествие по Боливии.

Мой видеорассказ о путешествии к эстанции Пуэрто Яртоу с показом мест, о которых говорится в статье - смотреть. 



Комментариев нет:

Отправить комментарий